Под чёрным крылом, где молчит небосвод,

Стоял человек у распахнутых вод.
Над ним, словно тень от забытых времён,
Кружил ворон — древний и вещий закон.
Не каркал он громко, не звал, не пугал,
Лишь взглядом бездонным в душу вонзал
Тот холод, что прячется в сердце ночей,
В молчании башен и плаче свечей.
И человек, преклонив колени в пыли,
Склонился пред птицей, пред вестью земли.
Как будто в пернатом безмолвном судье
Узрел отражение в собственной тьме.
— Веди меня, ворон, — шептал он во мгле, —
По тропам, что скрыты в сырой полумгле.
Пусть голос твой станет мне волей и сном,
А крылья — последним моим алтарём.
И ворон, спустившись на плечи его,
Коснулся души, не сказав ничего.
С тех пор человек уже не был собой —
Он стал его тенью, покорной судьбой.
И шли они вместе сквозь сумрак и гром:
Один — с чёрным сердцем, другой — с чёрным крылом.
И не было в мире сильнее оков,
Чем тихая власть его древних зрачков.
Автор: Idris Tenebris.