Читаем рассказы

Девятнадцать лет, полёт, ветер в лицо — и секунда, когда земля становится небом, а небо — могилой. Олег прыгал с парашютом в двадцатый раз. Двадцатый должен был быть юбилейным. Вместо этого купол не раскрылся, и он врезался в склон, как камень, сорвавшийся с вершины. Все думали: несчастный случай, неисправность. Но те, кто знал Олега близко, понимали: он сам выбрал эту гору. Потому что внутри него уже давно росла своя — неподъёмная, холодная, одинокая. Эта книга — исповедь горы, которая устала быть гранитной. Гора Парашют не раскрыл купол Он мечтал летать выше гор. Но гора оказалась внутри него. Драма читать онлайн Психологический роман «Горы не падают сами. Их сбрасывают землетрясения. Но если землетрясение внутри — не нужен внешний толчок. Ты рассыпаешься в пыль ещё до того, как коснёшься подножия». Его нашли в ущелье, в трёх километрах от места выброски. Тело лежало на камнях, раскинув руки — будто он пытался обнять небо даже после удара. Парашют болтался на сосне, белый купол, похо

Знакомы ли вы с легендарной вселенной Сумеречный фанфик "Новолуние"? Приготовьтесь забыть всё, что знали о любовном треугольнике, ведь в этой версии искра, разбившая сердце Беллы в серых сумерках Форкса, летит не к Эдварду, а к златоокой и непредсказуемой Элис. Сырой воздух Форкса прилипал к коже, словно вторая влажная простыня, когда я вышла из своего старого пикапа на парковке школы. Шестнадцать лет, переезд от солнца Финикса к этой вечной серой хмари — всё это должно было стать моей личной катастрофой. Но катастрофа ждала меня не в виде дождя или скуки маленького городка. Она сидела за столиком в школьной столовой, окружённая пятью божественно прекрасными, одинаково бледными фигурами, и смотрела на меня взглядом, способным растопить ледники. Меня зовут Белла Свон. Точнее, Изабелла Мари Свон, если быть педантичным. И я понятия не имела, что в этом забытом богом уголке штата Вашингтон моя душа столкнётся не просто с вампирами, а с той, кто разрушит все мои представления о жизни, смерт

В пятнадцать лет Лариса выбрала ветку старого дуба. Не самую толстую, не самую высокую — ту, что росла горизонтально, будто приглашая сесть. Она принесла верёвку, табуретку и записную книжку. В книжке было одно предложение: «Дубы не гнутся. Они ломаются». И больше ничего. Эта книга — история девушки, которая казалась всем несгибаемой, но внутри рассыпалась в труху. О том, как легко быть сильным, когда никто не заглядывает под кору. Старый дуб Она не сломалась — она упала Её называли крепкой, как дуб Никто не видел, что внутри она уже сгнила Психологическая драма Читать роман онлайн «Старый дуб стоит сотни лет. Ему не страшны ветры, грозы, засухи. Ему страшно только одно — когда кто-то замечает, что он давно мёртв. А корни всё ещё держат землю». Ларису нашли рано утром. Сторож соседнего садоводства обходил участки и увидел её под дубом. Ноги не доставали до земли сантиметров двадцать — верёвка была короткой. Лицо спокойное, руки сложены на груди, как у спящей. На ней было школьное плать

Четыре мужа, четыре гроба, четыре поминальных обеда. Соседи крестились и шептались: «Порченая», «Вдова в чёрном», «Медуза — волосы как щупальца, а глаза пустые». Но никто не знал правды. Она не сводила их в могилу. Она просто была слишком солёной для пресной любви. Слишком жгучей для нежных рук. И когда очередной мужчина растворялся в её объятиях, она оставалась одна — прозрачная, опасная, бессмертная. Эта книга — исповедь медузы. О том, как трудно быть ядовитой, когда душа хоет простого прикосновения. Медуза Которая пережила всех Она не убивала Она просто растворяла мужчин, как соль в воде Читать онлайн роман «Медуза не выбирает, кого обжечь. Она просто такая. Если ты не можешь плавать рядом — утони. Это не злость. Это природа». Ей было девятнадцать, когда она вышла замуж в первый раз. Жениха звали Алексей, он работал сварщиком на заводе, носил кожаную куртку и пахло от него мазутом и сигаретами. Она влюбилась в него, потому что он не боялся её глаз. Другие отводили взгляд — слишком г

В двадцать лет Олеся весила сорок килограммов при росте сто семьдесят. Её тело было прозрачным, как вода в старом колодце, а глаза — двумя тёмными кругами, в которых никто не видел дна. Она умерла не от голода. Она умерла от желания быть идеальной. От диеты, которая стала религией. От молитв перед зеркалом, которые никто не услышал. Эта книга — крик со дна колодца. О том, как легко исчезнуть, если долго смотреть внутрь себя и не видеть ничего, кроме пустоты. Колодец Та, что высохла изнутри Она хотела стать лёгкой, как пух. Но стала тяжёлой, как мокрый песок на дне. Читать онлайн драму Психологический роман «В каждом колодце когда-то была вода. Потом приходят люди и вычерпывают её до дна. Не потому, что хотят напиться. А потому, что боятся утонуть в чужой глубине». Её нашли в съёмной квартире на окраине. Соседка снизу пожаловалась на запах — в мае, когда пришло тепло, запах стал невыносимым. Хозяйка открыла дверь своим ключом. Олеся лежала на кровати, укрытая пледом, будто спала. Лицо —

Откройте для себя мир, где медитативные сказки на ночь мягко убаюкивают тревоги прошедшего дня, превращая привычное укладывание в волшебный ритуал безмятежного сна. Вечерний свет угасал за окном, рисуя на стенах детской длинные синие тени. Маленькая Майя прижимала к груди плюшевого кролика с потертым ухом и смотрела на маму глазами, полными одновременно надежды и тревоги. Она знала, что сейчас начнется самое важное время дня — время, когда обычная комната превращается в портал в другие миры, а привычные звуки дома стихают, уступая место шепоту историй. — Сегодня мы отправимся в одно особенное место, — произнесла мама, усаживаясь на край кровати и раскрывая книгу с мягкими, будто светящимися изнутри иллюстрациями. — Это путешествие не потребует билетов или чемоданов. Нужно только твое внимание и желание узнать кое-что важное. Майя кивнула, устраиваясь поудобнее. Кролик занял свое законное место под боком, одеяло превратилось в уютный кокон, а за окном зажглась первая звезда — робкая, но

В шесть лет он получил в подарок металлический конструктор. Винтики, гайки, пластины с дырочками. Он собирал самолёты, корабли, башни. А потом начал собирать себя. По винтику, по детальке — из обид, тишины и школьных двоек. Но однажды он наткнулся на деталь, которая не подходила ни к чему. И пошёл искать нужное отверстие. На железную дорогу. Эта книга — чертёж мальчика, который слишком долго был один. Конструктор Тот кто собирал себя. Он строил мосты, которые никто не хотел переходить.Читать роман драма онлайн «Конструктор собирает, чтобы понять, как что устроено. Я собрал свою смерть, потому что так и не понял, как устроена жизнь». Его нашли утром, на путях. Товарный поезд, не скоростной, но тяжёлый. Машинист даже не почувствовал удара — только скрежет, который списал на неисправность колёс. Мальчик лежал между рельсами, раскинув руки, будто хотел обнять небо. На пальце правой руки — серебряное кольцо, самодельное, из гаечной шайбы. В кармане куртки — маленькая отвёртка и горсть винти

Что, если забытая душа вампира тоскует не по крови, а по любви, способной пробить брешь даже в вечности? Окунитесь в историю, где бессмертное сердце бьется в совсем ином, незнакомом ему ритме. Дождь барабанил по стеклам старого особняка, ритмично и настойчиво, словно пытаясь проникнуть внутрь, чтобы утолить невыносимую жажду, что веками терзала его обитателей. Карлайл Каллен стоял у высокого окна, заложив руки за спину, и смотрел на серую пелену, окутавшую Форкс. Его глаза, золотистые и глубокие, отражали не только дождливый пейзаж, но и бремя десятилетий, проведенных в борьбе с собственной природой. Он вздохнул, и звук этот был легче, чем дуновение ветра, но наполнен тяжестью воспоминаний. Быть вампиром, отрицающим свою суть, — это не просто существование, это ежесекундный подвиг, невидимый миру, но оттого не менее реальный. Эдвард сидел в кресле у камина, перелистывая страницы томика Шопенгауэра, хотя его мысли были далеки от философских изысканий. Он слышал не только шум дождя, но и

Поверите ли вы, что посреди уральского лета можно увидеть самое настоящее торнадо, спускающееся с небес прямо на городские многоэтажки? Антон Кузнецов тоже не верил, пока странная тишина душного утра не сменилась зловещей воронкой над Тополиной аллеей. Антон Кузнецов не верил в предчувствия, но утро семнадцатого июля выдалось душным и каким-то неестественно тихим, словно город затаил дыхание перед броском. Он вышел из подъезда своей девятиэтажки на улице Братьев Кашириных, привычно щурясь от яркого солнца. Небо над Челябинском было странного, молочно-белого цвета, словно выцветшая простыня, натянутая над многоэтажками. Воздух казался плотным и вязким, пропитанным запахом разогретого асфальта и тополиного пуха, который в этом году запоздал и теперь носился над дворами белыми метельными вихрями. Антон работал системным администратором в небольшой фирме на Северо-Западе, и обычно дорога до офиса занимала у него пятнадцать минут пешком. Сегодня он почему-то замедлил шаг, разглядывая небо.

Стоя на пороге ночи, когда стрелки неумолимо приближались к полуночи, Белла и не подозревала, что эта вечная полночь навсегда изменит не только её сердце, но и судьбу всего Форкса. Вечер выдался безветренным. Форкс, как всегда, утопал в сырости, и редкие капли еще срывались с хвойных лап, но небо над городком расчистилось, обнажая бледную полосу заката. Белла Свон стояла на пороге своего дома, кутаясь в растянутый свитер, и смотрела на дорогу. Чарли уехал на ночное дежурство, оставив после себя запах кофе и дежурное «запри двери». Тишина звенела в ушах. Она ждала Эдварда. Не то чтобы они условились встретиться в это конкретное время. Их встречи больше походили на стихийное бедствие, чем на свидания: он появлялся из ниоткуда, двигаясь бесшумно, как тень, и приносил с собой холод, от которого у Беллы перехватывало дыхание. Иногда он ждал ее после школы у своего «Вольво», сверкая неестественно золотистыми глазами. Иногда забирался по стене ее дома и сидел на подоконнике, словно огромная б