Авиация

ЗАБЫТЫЕ АСЫ

В преддверии Дня Победы было бы нелишним помянуть выдающихся воинов, в силу неясных обстоятельств так и не получивших заслуженных ими наград. Как это ни покажется странным, речь пойдёт о лётчиках, казалось бы, в отношении наград представителях самого привилегированного рода войск.
«Положение о наградах и премиях для личного состава Военно-Воздушных сил Красной Армии, Авиации Дальнего Действия, истребительной авиации ПВО, ВВС Военно-Морского Флота за боевую деятельность и сохранение материальной части», подписанное командующим ВВС маршалом авиации А.А. Новиковым 30 сентября 1943 года, предписывало представление к званию Героя Советского Союза «за 10 лично сбитых бомбардировщиков (разведчиков) или за 15 лично сбитых самолётов других типов».
Отметим, что сбить бомбардировщик, в особенности двухмоторный, было гораздо сложнее, чем истребитель. Во-первых, любые ВВС строили свою тактику так, чтобы уберечь значительно более дорогие и малочисленные бомбардировщики.
Бомбардировщик, как правило, хотя и имел меньшую скорость, но обладал значительно большей огневой мощью. Так, немецкий фронтовой бомбардировщик Хе-111, помимо штурмана, размещённого в передней кабине, имел до 4 стрелков, имевших возможность вести огонь в заднюю полусферу, в том числе из спаренных установок. Собственно, самолёт-истребитель и был создан для уничтожения именно неприятельских бомбардировщиков, а воздушные бои между истребителями и атаки ими же наземных войск были явлением попутным, второстепенным.
Выдающийся ас, Герой Советского Союза Ф.Ф. Архипенко говорил, что одно дело крутиться с истребителями, а совсем другое – «строиться в хвост бомбардировщику: тут пулю в лоб можно запросто получить».
За всю историю советских ВВС было не более двух десятков асов, кто имел на счету десять и более двух или трехмоторных лично сбитых тяжёлых неприятельских машин. Это (в алфавитном порядке) А.В. Алелюхин, В.И. Афанасьев, П.В. Базанов, П.Я. Головачёв, Н.Д. Гулаев, Г.А. Григорьев, К.А. Груздев, В.Н. Залевский, Н.А. Зеленов, И.С. Зудилов, А.Ф. Ковачевич, Н.Ф. Краснов, В.Д. Лавриненков, А.И. Покрышкин, Г.А. Речкалов, Б.П. Рогов, Б.Ф. Сафонов, Н.С. Сивцов. Столь же невелико и число тех, кто имел на счету «указанные» 15 и более сбитых бомбардировщиков (разведчиков), если не считать разведывательными одномоторные Хш-123 и Хш-126 – главным образом они использовались как связные самолёты. В то же время к «разведчикам» должны быть отнесены двухмоторные истребители сопровождения Ме-110, отличавшиеся мощным вооружением, а по летно-тактическим характеристикам и размерам схожие с Пе-2, использовавшиеся также как разведчики и штурмовики.
В представленном списке асов, чей вклад по сбитым типам наиболее весом, А.В. Алелюхин, П.Я. Головачёв, Н.Д. Гулаев, В.Д. Лавриненков, Г.А. Речкалов и Б.Ф. Сафонов носят звание дважды Героев Советского Союза. А.И. Покрышкин – трижды Героя. 9 человек из приведённого списка удостоены звания Героя Советского Союза, а вот двое – К.А. Груздев и Б.П. Рогов – нет...
Удивительно, что среди более чем трёх тысяч советских лётчиков, удостоенных звания Героя Советского Союза, не нашлось места для выдающихся лётчиков, чей вклад в общую победу столь значим: список лично сбитых самолётов противника превышает два десятка (К.А. Груздев – 17 сбитых лично и 6 в группе; Б.П. Рогов – 26 лично сбитых), из которых не менее десяти (К.А. Груздев -14, Б.П. Рогов – 10) – двухмоторные боевые машины.
Удивителен боевой путь соратника К.А. Груздева – М.Е. Чуносова, за неделю боёв, в июле 1941 года (!), сбившего 7 тяжёлых двухмоторных немецких самолётов. Заметим, что ни одному другому лётчику, за всё время войны не удалось не только повторить такую серию, но даже приблизиться к этому результату.
Лучший летчик 1941 года

ЕЩЁ НЕМНОГО ПРО "НИЧЕГО ГЕРОИЧЕСКОГО"

Фотография Юрия Гагарина через несколько часов после приземления.
Здесь нет его знаменитой «гагаринской» улыбки.
Есть человек, который, наконец, осознал, что произошло, и каким чудом он остался жив.
1. Нештатная ситуация перед полётом
В день перед вывозом ракеты-носителя на стартовый стол при взвешивании Гагарина в скафандре с креслом обнаружился перевес в 14 килограммов. Тогда в срочном порядке в течение одной ночи были разработаны и проведены работы по облегчению космического корабля, которые, в частности, включали в себя обрезку ряда кабелей, что впоследствии и привело к ряду нештатных ситуаций во время полета", - вспоминает Борис Черток. По его словам, вместе с кабелями, необходимыми для непилотируемых полетов, были обрезаны важные датчики давления и температуры. "Почему-то сочли, что датчиков, находящихся внутри корабля, будет достаточно", - отметил Черток.
2. «Короткое замыкание»
Совсем незадолго до старта космического корабля «Восток-1» Филину Борису Николаевичу удалось предотвратить опаснейшую ситуацию, грозившую катастрофой. (Борис Николаевич Филин. Заслуженный испытатель космической техники, участник разработки и запуска первых пилотируемых кораблей серий «Восток» и «Восход».)
Филин находился в бункере управления полетом. Ему пришло на ум проверить электрическую систему стартовой установки, хотя штатная проверка была уже сделана. Борис Николаевич был автором – конструктором этой установки. Проверяя её, он обнаружил возможность «короткого замыкания» в системе электропитания. Возможно, «короткое замыкание» распространялось и на систему электропитания ракеты носителя. Времени до старта космического корабля с Юрием Гагариным на борту оставалось недостаточно, чтобы найти и устранить любые возможности «короткого замыкания». По словам Бориса Николаевича, было найдено неожиданное и простое решение. Электрическая система стартовой установки была отключена от штатного электропитания, от мотора-генератора. Вместо этого были напрямую подключены несколько автомобильных аккумуляторов; хорошо, что нашлось нужное их количество.
Если бы не это, то «короткое замыкание», возможно, было бы замечено на старте и старт был бы отменен. Но была вероятность, что эта ситуация могла бы закончиться взрывом на старте. Изменилась бы история нашей космонавтики.