Аномалии мистика и не только

Приворожённый. Как Миролюба любовный приворот с мужа снять желала

Как мой прадед от тараканов избавился. Байка мужика из корчмы

Комбинезон В далекие-предалекие времена, когда каждый ребенок знал, что экономика должна быть экономной и что слова «мир», «труд» и «май» — близнецы-братья, жила-была девушка. Скажем, Маруся. Собственно, она и сейчас прекрасно себя чувствует. Правда, тогда она чувствовала себя лет на пятнадцать лучше. И была у Маруси мечта — скатиться по крутому склону на лыжах в красном спортивном костюме, да так, чтобы все мужики вокруг просто попадали. Костюм должен быть красный — и никакой другой. В поведении мужиков также не допускалось вариантов — они должны были не присесть, не попрыгать, а именно попадать. И вот однажды партия и правительство сжалились над судьбой бедной Маруси, и подарили ей на Новый год хорошую премию. Маленькую, но хорошую. Обрадовалась Маруся, побежала по магазинам, и, весело отстояв километров семьсот очередей, приобрела две вещи: красный лыжный комбинезон и путевку на лыжный курорт в одной из братских республик Союза Советских Социалистических Республик. Осталось лишь приехать, чтобы отнаблюдать штабеля валяющихся от такой красоты мужиков. Маруся поехала. Когда комсомолка, спортсменка и почти красавица Маруся взошла на склон в ослепительном клюквенно-алом комбинезоне, окрестные мужики приоткрыли бородатые рты и немного похрустели шейными позвонками, провожая ее алчущим взглядом. Комсомолка была почти счастлива. Не хватало мелочей: лихого спуска с горы и падающих мужиков. Маленький, но очень горный инструктор с комсомольским значком на волосатой груди старательно обучил новичков азам лыжной грамоты и махнул рукой в сторону склона: валяйте. Маруся ринулась было к спуску, но почувствовала, что в ближайшее время этого сделать не сможет. Пока не найдет где-нибудь дощатую конструкцию с буквами «м» и «ж». Очень ее прижали собственные малочисленные нужды. Напомним, что на дворе стоял чудесный конец восьмидесятых, Коммунистическая партия СССР во главе с Генеральным Секретарем Центрального Комитета увлеченно отстаивала интересы мира во всем мире, и ей было плевать на такие мелочи, как сортиры на горных склонах. Партия была, а сортиров не было. Поозиравшись минут пять со сжатыми коленками, Маруся, краснея, подошла к инструктору и, наклонившись, прошептала ему что-то на ухо. — Туалет?! — громко спросил инструктор, и горное эхо переспросило еще пару раз: «Туалет, туалет…» — Да вы что, девушка? Откуда в горах туалеты? («Туалеты, туалеты…») Вон, видите кусты? («ты, ты…») Там и писайте. Маруся, с лицом цвета собственного комбинезона, рванула к кустам, упираясь палками. — Лыжи-то снимите! («мите..., мите...») — крикнул ей вслед инструктор. Маруся не услышала. Надо заметить, что советская швейная промышленность, идя навстречу решениям ХХVII съезда партии, усилила борьбу за качество обслуживания советского населения. Все больше новых товаров появлялось на прилавках советских магазинов, и, в том числе, красные горнолыжные комбинезоны со знаком качества на спине. И с одной-единственной молнией от кадыка до пупка. Если б Маруся была мужчиной, то никаких вопросов не возникло бы. Но она была девушкой, страстно желающей пописать, а потому комбинезон был Марусей расстегнут и спущен до самых колен. Из технических моментов могу сообщить, что на Марусе таким образом осталась маечка. И все. И вот тут, когда начался процесс единения Маруси с природой, физика внесла свои коррективы. Снег под ногами скрипнул, и лыжи, которые комсомолка так и не сообразила снять, плавно поехали вперед. Маруся взмахнула руками, но было поздно. На глазах у изумленной группы лыжников, среди которых были столь необходимые Марусе мужики, из кустов с постоянным ускорением выкатилась присевшая девушка в одной маечке. Тормозить голой попой в снег она не решилась. Поэтому, повизгивая от ужаса, катилась по склону, размечая желтеньким пунктиром снег между лыжами. Быстрее, быстрее, еще быстрее… Громче, громче, громче! … Усиленный тысячекратным эхом гогот мужиков провожал Марусю вдоль всей трассы. Мужики действительно валились в снег. Да еще и корчась в судорогах. Но это еще не все. Пылающую от стыда девушку принесло прямехонько под ноги одному из мужиков. Тот стоял спиной к трассе. Маруся врезалась в него так, что мужика отшвырнуло метров на пятнадцать вниз по склону. Но зато позорный спуск без трусов был прерван. От перенесенных переживаний и переохлаждения попы Маруся простудилась. Выходить на склон она больше не решалась — в единственном на территории республики красном комбинезоне ее узнавали бы не хуже, чем Эдиту Пьеху. Тыкали бы пальцами и хохотали. Маруся отсиживалась в больнице, в поселке у подножия горы. Там о ее рейсе никто ничего не знал. Через некоторое время девушка успокоилась, и даже стала искать знакомства с остальными обитателями больницы, тем более, что мужиков и там было хоть отбавляй. На третий день объект был найден. Это был статный, высокий красавец лет тридцати пяти, с модной тогда бородой и взглядом капитана дальнего плавания. Он сидел у окна с гипсом на ноге и грустно играл сам с собой в шашки. Маруся присела, завязался разговор. Капитан расправлял плечи, шутил, звал в далекие края… — А как вы ногу-то сломали? — спросила Маруся, чтобы ненадолго отвлечься от заманчивых предложений. — Вы не поверите — в меня врезалась какая-то дура с голой задницей! Маруся стесняется, потом рассказывает, что это была она, они смеются и в итоге женятся… © А.В. Торская #авторскиерассказы

Твою порчу тебе возвращаю. В поисках старой ведьмы

Ненужная мама - Никита, садись! Нужно срочно поговорить! – супруга села за стол, её лицо выражало решительность. Муж сел рядом. Оксана вытерла платочком мокрые глаза: - Я не знаю, что делать с мамой. Она уже кое-как ходит. Этой зимой просто не выживет в своём домике, он и так скоро развалится. - И что ты предлагаешь? - Говорю же: не знаю. - Оксана, ты, как всегда, надеешься на меня, но это твоя мама и решать тебе. - Никита, к себе мы её взять не можем. У нас двухкомнатная квартира и двое пацанов, уже больших. Где мы у нас маму разместим? - чувствовалось, что дочь уже приняла какое-то решение по своей матери и теперь пытается, попроще донести это решение до супруга. – У нас в городе есть платный дом для престарелых. - Оксана, ты хочешь оправить свою мать в дом престарелых? - У нас нет выхода. Говорят, там неплохо. - Но, как ты сказала, он платный, - супруг скептически улыбнулся. - И сколько? - Две тысячи в день. Если платишь сразу за месяц, то сорок в месяц. Там за ней и уход будет, и медицинское обслуживание. Для нас сорок сумма немалая, но, как-нибудь выкрутимся. - Оксана, как-то это всё подло. Мать нам всегда варенье, соленья приносила, внукам – гостинцы. И всё делала от души, а мы её в дом престарелых. - Никита, думаешь у меня сердце кровью не обливается? У нас нет выхода. - Ох! – тяжело вздохнул муж. – Других вариантов нет? - Думала, дом её продать. Мама ведь его на меня переписала. Да, кто его купит – зима на носу. Да и сколько заплатят за эту развалюху? - Ты с матерью-то разговаривала? - Нет ещё. В субботу поедем, уберём у неё всё в огороде, заодно, с ней и поговорим. - В огороде я с сыновьями всё уберу, - супруг помотал головой. – Но о доме престарелых разговаривай без меня. - Никита, до весны она там поживёт, а весной что-нибудь придумаем, если ей там не понравится. - Нет, Оксана, чувствую, если мы отправим мать в этот дом, то это навсегда. Подло как-то всё это. *** Неделю уже Лидия Михайловна в доме престарелых. Понимает, что у дочери не было выхода. Действительно, и ходить уже трудно, а не то, что одной жить в своём доме, восьмой десяток уже пошёл. Но ведь не о такой старости мечтала. Хотелось последние свои годы среди родных прожить, но кому она теперь больная нужна. Зашла медсестра: - Лидия Михайловна. К тебе внуки пришли. Улыбка озарила лицо бабушки, когда те зашли. Уже и младший, Стас, был выше её, а уж Матвей выше на целую голову. - Привет, бабушка! Как ты здесь? - Нормально, кормят здесь хорошо. Медсёстры и нянечки за нами ухаживают, - и как обычно засуетилась. – Вы садитесь, садитесь вон за стол! - Мы не на долго. Вот тебе продуктов принесли и вещи тёплые. - Спасибо! – и тут же спросила. - Как дела в школе! - Нормально, - ответили чуть ли не хором. - Давайте учитесь! Матвей, тебе последний год. Надумал, куда пойдёшь? - В наш институт. - А родители-то где? Вас послали, а сами не приехали. - Отец к тебе в дом поехал. - Ой, надо бы ему сказать, чтобы морковь всю выкопал, а то на улице уже холодать начинает, - заохала бабушка. - И капусту бы срезал, вилки уже большие. - Сейчас позвоню! Стас достал телефон и набрал номер: - Папа, бабушка говорит, чтобы ты морковь выкопал и капусту собрал. - Ладно, - раздался голос отца. - Дай! – бабушка взяла из рук внука телефон и стала давать указания зятю. – Никита, морковь выкопаешь, сразу в погреб не опускай, пусть дня три посохнет. Потом приедешь, опустишь. Капусту срезай с кочерыжками. Сразу опусти в погреб. Там в двух отделах песок насыпан капусту воткни кочерыжками вниз, а в другой морковь сложишь, только крупную. Помельче себе возьми! - Понял, понял. Ты, мам, не расстраивайся! - Никита, ты там мою Мурку найди и накорми! Она, бедная одна осталась. - Найду. - На! – отдала телефон внуку. - Бабушка, мы пойдём. Ладно? – встал из-за стола старший внук. - Подождите! – бабушка достала кошелёк. – Вот вам по тысяче. Купите себе что-нибудь. - А тебе… - Берите, берите! Мне здесь деньги не нужны. - Спасибо, бабушка! Они вышли, а Лидия подошла к окну и долго смотрела вслед внукам. *** Никита оставил свою «ладу» напротив окон своей квартиры. Рядом припарковал свой «форд» сосед из крайнего подъезда. Увидев в руках Никиты пакеты с морковью и капустой, спросил: - С дачи? - Вроде этого, от тёщи. - Мы с супругой тоже собираемся дачу купить или домик небольшой, где-нибудь недалеко. Дети взрослые, разъехались. - Слушай, Анатолий! - задумчиво произнёс Никита. – У тебя ведь четырёхкомнатная квартира. - Да, на втором этаже. - Может, сменяешь её на мою двухкомнатную, тоже на втором этаже. В придачу, домик с огородом отдам. Тёша старая, сил у неё нет за домом ухаживать. - Ух ты! – сосед задумчиво почесал затылок. – Идея интересная. Надо посмотреть. - Так поговори с супругой, и заходите вечером в гости. - Поговорю. *** Никита помылся, поел и завалился спать. Оксана отправилась на кухню, готовить ужин, скоро сыновья придут, младший со своей секции, а старший… старший влюбился. «Пора уже, семнадцать лет. Главное, чтобы дел не наделали. Младшего тоже домой не загонишь. Целыми днями на улице…» Раздался стук во входную дверь. Вытерев руки, хозяйка бросилась туда. Открыла дверь. Соседи с крайнего подъезда: - Оксана, мы к вам в гости! - Заходите! Вика, а что случилось? - А разве твой ничего не сказал? - Нет, - Оксана была удивлена. - Мужья надумали квартирами меняться. - Вика, что ты говоришь? – опомнившись, засуетилась. – Да вы проходите, проходите! Бросилась в комнату, толкнула спящего на диване супруга: - Никита, вставай! Гости пришли. Муж встал и бросился в ванную комнату: - Я сейчас! А гостья стала тщательно осматривать квартиру. - Мне кто-нибудь объяснит: что всё это значит? - Оксана, наши мужики хотят вашу квартиру и домик твоей матери сменять на нашу четырёх комнатную, - ещё раз огляделась. – У вас красивая квартирка. В комнату вернулся хозяин квартиры и супруга сразу бросилась к нему: - Что ты надумал? - Если договоримся, переедем в их четырёхкомнатную и возьмём к себе твою маму. Оксана задумалась, на её лице заблуждалась загадочная улыбка: - Ну, что? Давайте чай попьём и пойдём вашу квартиру смотреть. - Лида, какой чай? – усмехнулся муж. – По этому поводу, что-нибудь посерьёзней поставь на стол. *** Уснуть этой ночью Никита и Оксана долго не могли, всё разговаривали, мысленно представляя, что и как будет располагаться в их новой большой квартире. Говорила в основном супруга, пока её муж не стал засыпать. - Уже спишь что ли? – она толкнул его в бок. - Оксана, ты матери пока ничего не говори, а то она совсем покой потеряет. Как устроимся, тогда и перевезём её. *** В это дождливое осеннее утро Лидия Михайловна тоскливо смотрела в окно из своей комнаты дома престарелых. Настроение было под стать погоде и думы такие же: «Три неделя я здесь. Похоже, дети обо мне забыли. Ненужная я мама. Внуки раз приехали, и тоже забыли. Дочь пару два раза звонила. Первый раз сообщила, что мой дом, то ли продала, то ли обменяла на что-то, а голос такой счастливый. Ладно! Хоть будут за меня платить, сорок тысяч в месяц – деньги немалые. Возвращаться ведь теперь некуда. Второй раз сказала, что дел много, как освободятся, приедут. Конечно, у молодых всегда дел много. Сегодня суббота, может приедут. Что же я так и не приобрела телефон. Да и пользоваться им не умею». Так и сидела она час, другой, думая горькие думы. И вдруг, возле ворот остановилась машина зятя: «Приехали, не забыли! – но тут же радость немного уменьшилось. – А что Никита один? И без сумок. Может, что случилось?» Лидия не отрываясь смотрела на дверь комнаты. Вот она открылась. Зашёл зять, улыбнулся: - Здравствуй, мама! - Здравствуй, Никита? Что случилось? - Собирайся! – и вновь улыбка на лице. - Домой поедем. - Куда домой? В гости? - Нет, навсегда. Собирай все свои вещи! - Ну, что ты загадками говоришь? - Внуки твои не велели говорить. Сказали: бабушке сюрприз будет. Засуетилась бабушка, почувствовала новый поворот в своей судьбе. Тут соседка по палате, которая уже подругой стала, с процедур вернулась: - Лида, ты куда собираешься? - Валя, меня зять забирает, - произнесла счастливым голосом. – Говорит: навсегда! - Ой, счастливая ты! Мои, похоже, до конца дней меня сюда определили. - Валентина, заберут и тебя. Детям трудно с нами стариками. *** Смотрела Лида в окно и видела, что везёт её зять к себе домой и мысли нелёгкие лезли в голову: «Зачем он меня забрал. У них две комнаты, им самим тесно. Куда они меня положат? Буду у них под ногами мешаться и ночью спать не давать. Всё равно ведь обратно в дом престарелых отправят». Доехали до дома зятя. Оставил он свою машину, где обычно её оставлял. Помог тёще выйти, взял её вещи и направились… к другом подъезду. Посмотрела она удивлённо на зятя. - Заходи, заходи! Поднялись на второй этаж и направились к двери одной из квартир. Та открылась и выбежали её внуки: - Бабушка, заходи! Теперь это наша квартира, - закричал младший. Зашла она в квартиру. Навстречу бросилась дочь, обняла её: - Мама, теперь ты с нами жить будешь. Пошли я твою комнату покажу. Комната, хоть и небольшая, но такая уютная и шкаф есть и кровать новая. Просто не верилось, что будет жить рядом дочерью, зятем и внуками. И тут, об её ногу потёрлась и замурлыкала: - Мурка! – радостно вскрикнула Лидия Михайловна и заплакала, от счастья. Автор: Рассказы Стрельца #рассказы

ПОХОД Этим же летом (когда мне было уже 7, а Вовке всего 5 лет) мы решили сходить в поход. Ну как решили? Я решил, а Вовка подписался. Он вообще безотказный, как клизма у бабушки. В чьи руки попадёт, под тем и продавится. В поход мы решили идти в лес, с ночевкой. Мы подождали пока бабка с дедом уйдут в огород и я написал корявым почерком письмо бабке с дедом «мы ушли в пахот не валнувайтесь зафтра придём». И положил его на стол. Осталось взять с собой припасы. Про походы я имел смутное представление, но знал, что нужна палатка, спички и еда. Желательно консервы. Правда от папы я слышал, что нужны ещё бабы и водка. Водку мы ещё не пили, а бабку мы решили с собой не брать, скорее всего она нам будет только в тягость. Плюс всю дорогу будет материться, что так далеко надо идти и когда уж наконец то мы дойдём до этого похода. Так всегда она делает, когда мы идём в сельпо за 3 км. Так как палатки не было, я позаимствовал с верёвки сохнущий пододеяльник, заверив Вовку, что в случае отсутствия палатки, все берут с собой пододеяльник. Ведь дома вполне из него получается палатка. Свернув «палатку» в рюкзак (рюкзак тоже являлся необходимым атрибутом похода), который позаимствовали у бабки (она с ним за хлебом ходила в сельпо). Дело осталось за консервами. Я знал, где у бабки хранятся продукты. Мама не раз выговаривала бабку за то, что она всё, что мы привозим, складывает в кладовку, а не употребляет в пищу и там, если поискать, скорее всего найдутся консервы ещё с первой мировой. Мы с Вовкой отправились в эту кладовку. Одни мы там оказались впервые. Наконец то я спокойно мог изучить содержимое кладовки и найти эти консервы «с первой мировой». Для мне это было равноценно, найденным патронам. Ведь именно эти консервы, должны более всего подходить для похода. Вовку я отправил искать по низам, а сам занялся верхними полками. Чего там только не было. Пачки соли, крупы, коробки спичек, банки с солениями, большие бутыли и поменьше. По нашим теперешним временам, кладовку можно было бы назвать мини-маркетом. Я взял блок спичек, решив, что как раз хватит. Вовка нашел мешок с конфетами. Их тоже решили взять с собой, да побольше. Ведь если рассудить здравомысляще, то конфеты поважнее консервов. Ведь без консервов мы вполне обходимся, а без конфет совсем хреново. Но консервы надо было найти, иначе поход не получится. Помимо полок и мешков, вдоль стены тянулись два больших ящика. Высотой мне по грудь. Видимо там самое ценное, решили мы и попытались открыть один из них. Крышка была тяжелая, что указывало на ценность содержимого. Значит открыть надо было в любом случае. Мы с Вовкой изо всех сил поднажали, но крышка открылась буквально на 10−15 сантиметров. - Непреодолимые трудности, — многозначительно сказал я. Беги во двор, — скомандовал я Вовке и принеси брусков разной длинны. Дед чё-то во дворе мастерил и в большой куче пиломатериалов, валялось куча строительных отходов. - Какой длины? — переспросил Вовка. - Разных, — уточнил я. Больших и маленьких. Штуки три-четыре. У меня есть идея. Вовка метнулся и принёс четыре бруска. Значит так, мы сейчас поднимаем насколько сможем, затем я кричу — давай! Ты хватаешь вот этот брусок и суёшь в щель, пока я держу крышку. — объяснял я Вовке план. На счёт три, мы опять подняли крышку. Я крикнул — Давай! И напрягся как штангист и даже пёрднул. Вовка оказался проворным малым. Он ловко всунул брусок в щель, я облегчённо отпустил крышку. Вовка ржал. -Ты чё? спросил я у него. - Да ты так громко пёрднул, — смеялся Вовка, — я уж подумал, что ты обкакался. Ничего-ничего, подумал я, настанет и моя очередь смеяться. - Теперь приготовь вот этот брусок, — показал я Вовке и мы опять приготовились. Так мы по чуть-чуть поднимали крышку, заменяя один брусок, на другой, более длинный. Пришлось бежать ещё за брусками. В конец обессиленные мы открыли крышку на достаточное расстояние, что бы можно было пролезть в ящик. Я посветил спичками в ящик и убедился, что консервы есть. И как мне показалось, что это именно те «с первой мировой». Но лежали они так низко, что от сюда никак не достать. - Придётся тебе лезть, схитрил я в очередной раз. Я не пролезу, а ты в самый раз проскользнёшь в эту щель. Вовка надулся, но я пообещал ему, что разрешу ему выбрать место нашего похода и конфет он получит больше. Для Вовки это был аргумент и я подсадил его. Он ловко проскользнул внутрь и… задел ногой брусок. Тот соскочил с края и крышка захлопнулась. Сначала было тихо. Затем Вовка завыл. Я понял, что это пи""ец. Передо мной стояла дилемма - либо бежать за бабкой с дедом, либо что-то придумать, что бы оказаться не причастным к этому конфузу и как-то выкрутиться самим. Вовка начал уже орать. Звук шел как из склепа. Я чувствовал, что орёт он громко, но как будто звук был выкручен потише. Я попытался приподнять крышку. Это было ошибкой. Вовка схватился за край, а долго крышку я держать не мог. Крышка упала обратно, Вовка заорал ещё громче, но теперь из-за образовавшейся щели его стало слышно получше. Я поднатужился ещё раз и приподнял крышку на пару сантиметров, пальцы исчезли и крышка встала на место. Я почувствовал в это время, что из ящика повеяло душком. То ли консервы несвежие, то ли Вовка набздел, или того хуже обосрался, подумал я. Ещё раз появилась идея позвать деда с бабкой, но инстинкт самосохранения отвергал её. Я понимал, что мне настанет форменный пи"ец, за столь возмутительную идею, пи""ить консервы. Я просто представил себе, что будет. Однажды она отхерачила деда ухватом, за то что он вынес из чулана чекушку водки. Я невольно почесал спину, представив каково это — ухватом и стал думать другие идеи. Вовка уже слабо всхлипывал, видимо устал, подумал я и решил его успокоить. - Не ссы братан, я тебя сейчас вытащу! — нагло я врал ему, но это было единственное, что я мог ему обещать. Тут меня осенило. В соседнем чулане находились инструменты. Там же лежала бензопила «Дружба». Дед мне не раз давал подержаться, когда он пилил дрова и даже пару раз я пытался её завести. Тогда честно говоря я даже и не думал о том, каким образом можно будет объяснить распиленный ящик с консервами. Я метнулся в чулан с инструментами и нашел бензопилу. Попробовав её взять, я понял, что идея хреновая. Максимум, так это я смогу её дотащить до кладовки, но завести, поднять и пилить — это вряд ли. Но попытка не пытка и я попёр её в кладовку. Идея оказалась беспонтовой. Плюс ко всему, я ещё представил себе, что вдруг, ненароком, распилю Вовку и тогда мне точно будет вселенский пи""ец. Или того ещё хуже отпилю себе чего-нибудь. Тогда бабка точно меня убьёт. Единственное что из этого вышло, так это то, что я лишился последних сил. Время приближалось к обеду и я понимал, что бабка с дедом вот-вот вернуться домой. Эта перспектива меня явно обескураживала и приводила в трепет моё детское тело. Уж очень мне не хотелось быть отпёжженным ухватом. Но я твёрдо решил не сдаваться и врал в очередной раз Вовке, что процесс спасения идёт полным ходом. Заслышав шаги в коридоре я мысленно уменьшился до размера молекулы и постарался совсем исчезнуть из виду. Ухват стоял у меня перед глазами. Через несколько минут я услышал топот и бабкины крики. Она нас с Вовкой звала и по ходу бегала по всем комнатам, и не хотела верить, что мы ушли в поход. Затем протопал по коридору дед с криком: — Я побежал в лес, догонять их. Вместе с ним бабка, бежать по соседям, собирать народ на поиск двух упырей. Упыри, я так понял, это мы. Затем стало тихо и спокойно. Меня отпустило и я мобилизовался. Я так прикинул, что пока нас ищут в «походе», у меня есть время придумать, как освободить Вовку. Я перетащил из чулана все инструменты и поочерёдно пытался то пилить, то стучать, то ковырять стамесками доски на ящике. Даже от топора толку мало было. Один раз молоток соскочил с древка и улетел в направлении полок. Траекторию его полёта я прочувствовал спинным мозгом. Потому что раздался дзинь и пахучая жижа окатила меня с головы до ног. У меня явно не хватало сил справиться с этим ящиком. Максимум, что получилось, так это проковырять щель между досками, что бы Вовка мог на меня поглядывать одним глазом и дышать свежим воздухом. Потому что мои опасения подтвердились, он обосрался. Тут я вспомнил, что пришла моя очередь смеяться, но я испытал некую неловкость. Смеяться в такой ситуации мне показалось излишним и я решил отложить это на следующий раз. Хотя и тут уже пахло не очень. То что вылилось на меня неприятно воняло дрожжами. Я пихал в щель Вовке конфеты и успокаивал его рассказами, что я сейчас отдохну и подниму крышку. Просто надо подольше отдохнуть и набраться сил. Ближе к вечеру вернулась бабка с группой поддержки. Она рыдала и причитала, что только бы мы нашлись, а там уж пусть. Не будет не ругать, не кричать на нас. Эта информация меня воодушевила и я чуть даже не поддался порыву пойти сдаться. Но Вовка просил не отходить от дырки, что бы видеть меня, а то ему страшно. Да и мой детский мозг подсказывал, что бабка врет. Она никогда не упускала случая поиздеваться над нами, если мы что-то натворили. А интуиция подсказывала мне, что в этот раз мы что-то явно натворили. В чулане стало уже темно и я жег спички, что бы Вовке было меня видно. Он периодически интересовался, не набрался ли я ещё сил и жаловался, что болят пальцы. - Нефиг руки было высовывать! - подумал я, но промолчал. А силы что-то совсем меня покинули. Когда я уже почти стал засыпать, в коридоре послышались шаги. Чей-то голос. - Валь, а где у тебя самогон? За ними щелчок выключателя и резкий свет ослепил меня. - Бог ты мой! — послышался этот же голос. - Валь, иди сюда! — это я так понял бабку позвали, закрываясь рукой от яркого света, я не видел кто вошел. Через несколько секунд вошла бабка и с криком: — Ах ёж твою мать! И далее нечленораздельно, но содержательно. Я услышал много неизвестных мне ещё слов и оборотов речи. Кто-то её успокаивал и просил не истерить и успокоиться, что бы не случилось беды. Мои глаза привыкли к свету и я осмотрел окружающую меня картину. Огромная гора жженных спичек, фантики от конфет, щепки, инструменты. И всё это в огромной луже, посредине которой сидел я. Всё это на фоне изрядно расхреначенного местами ящика. Апофеозом картины была, бензопила «Дружба»… Бабку удержали от первичного порыва надавать мне люлей и показать где раки зимуют. Честно говоря мне было не интересно знать где зимуют раки, а получит люлей ещё меньше хотелось. Вовку спасли и отнесли мыться, а меня закрыли в комнате до возвращения деда. Он должен был придумать мне экзекуцию… Автор: Андрей_Асковд #автосркиерассказы

Проклятье. (Мистическая история).

#БуракоF-Представляет А слезы текут и текут. Новогодняя история Мишка сидел у окна, за которым падал белый пушистый снег, и с тоской наблюдал за весёлой игрой детей во дворе. Мальчишки и девчонки увлечённо кидались снежками, и их заливистый смех доносился до него сквозь покрытое инеем стекло.

Я переехал в новую квартиру вместе с котом. Просторная, светлая, с высокими окнами — она казалась мне идеальным местом для новой жизни. Целый день я таскал коробки, расставлял мебель, выгребал пыль из углов, пока не выдохся окончательно. Упал на кровать, провалился в сон. Меня разбудил тяжёлый ком на груди. Кот. Он тёрся о меня, мял лапами одеяло и мурчал так громко, будто пытался заглушить что-то постороннее. Наверное, проголодался. Я вздохнул, встал, поманил его за собой и поплёлся на кухню. Но на кухне меня ждал кот. Он сидел на диване, забившись в угол, и смотрел на меня огромными, наполненными ужасом глазами. Я замер. Что-то не так. Что-то неправильно. Я медленно обернулся, но за спиной никого не было. Пустая, тёмная квартира. Холодный воздух. Только сердце в груди забилось сильнее. Сон. Наверное, это сон. Или переутомление. Я заставил себя проверить комнаты. Под кроватью — пусто. В шкафу — тоже. Никого. Только кот на кухне постепенно успокаивался, свернулся клубком и закрыл глаза. Я лёг обратно. Долго не мог уснуть, ворочался, вслушивался в тишину. В какой-то момент провалился в тяжёлый, тревожный сон. Утром всё казалось таким глупым. Но следующей ночью меня снова разбудил звук.Тонкий скрип. Где-то совсем рядом.Я открыл глаза.Лунный свет делал тени на стенах неровными, призрачными. Занавески чуть шевелились от сквозняка.Что-то зашуршало.Я сел и включил свет.Дверца шкафа была приоткрыта.Я не дышал.Там что-то двигалось. Медленно, неуверенно, я подошёл ближе. Протянул руку. Взялся за край дверцы и потянул её в сторону. Внутри, забившись в угол, сидел мой кот. Он сжался в комок, шерсть дыбом, глаза расширены от ужаса. Он смотрел… не на меня. На кровать.Я не хотел оборачиваться. Каждая клетка тела кричала: не смотри, не двигайся, просто закрой дверь и уйди.Но я посмотрел.На кровати никого не было.Я опустился на колени и заглянул под неё.Там сидел мой кот.Он смотрел в сторону шкафа. Воздух стал густым, тяжёлым. Голова закружилась.Я зажмурился, прогнал наваждение, открыл глаза снова. Кот всё так же сидел под кроватью.Я медленно повернулся к шкафу.И, затаив дыхание, рывком распахнул дверцу.И там сидел мой кот.Два кота.Два абсолютно одинаковых кота. Они смотрели друг на друга. Не двигались. Когда под утро начало холодать, я закрыл балкон. Коты всё так же сидели, не сводя друг с друга взгляда.А потом телефон дрогнул в руке от оповещения. В общедомовом чате появилось новое сообщение: "Пропал кот. Если кто-то видел, пожалуйста, сообщите."Я посмотрел на фото. И на меня со снимка смотрел мой кот. …Как оказалось, соседский кот любил гулять по балконам и как-то незаметно пробрался ко мне. А я чуть не тронулся умом и не открыл собственный кирпичный завод. #рассказы

Бывает... Татьяна Петровна находилась в стадии женского расцвета. На днях ей стукнуло тридцать пять. Сложный возраст для женщины. Все её амбиции были давно реализованы. За спиной престижный вуз, должность начальника небольшого, но перспективного отдела, маленькая, но уютная, а, главное, уже полностью оплаченная квартирка. Вот только, по ходу этих реализаций, как-то совсем не хватило времени на личную жизнь. Не то, чтобы Татьяна Петровна была "синим чулком". Но как-то не случилось у неё встречи, которая могла бы кардинально изменить её жизнь. Да, и насмотревшись на скандальные разводы подруг, не очень-то уже и хотелось экспериментировать с этой самой жизнью. Однако, возраст ставил вопрос ребром: либо ты заводишь котиков и пополняешь собой набирающую обороты кампанию babyfree, либо ты в срочном порядке занимаешься вопросом продления рода. Легко сказать. Но для некоторых дел желания одного человека недостаточно. В плане внешности Татьяна Петровна была женщиной довольно обыкновенной. Но, при правильном макияже и стильной одежде, вполне себе ничего. Вот только, одно дело привлечь чьё-то внимание, и совсем другое - лечь с ним в постель. Точнее, желающих добраться до её постели хватало. Но это были либо чьи-то мужья, опасливо подглядывающие при встречах на часы. Либо люмпены. Простота которых, подпитанная алкоголем, подавляла всякое желание иметь с ними дело. Более подходящих кандидатов судьба не подкидывала. - И что же теперь делать?- размышляла Татьяна Петровна, прикидывая возможные варианты. Гугл советовал обратиться к специалисту. - Ещё бы знать, где взять такого специалиста, - пробурчала Татьяна Петровна. Решительно убрала закладку котиков и полезла шерстить сайты клиник репродукции. В воображении рисовался малыш, похожий на мальчишку, носившего в школе её портфель. Где он теперь, мой верный паж? *** Сергей заскочил в Макдональдс, перехватить что-нибудь перед собеседованием. Новая работа обещала разрешить все финансовые проблемы и поднять из статуса просто Сергей в статус Сергей Сергеевич. Что было приятным бонусом к неплохой зарплате. Так уж получилось, что после развода деньги улетали, не задерживаясь. Сын рос, и, в какой-то немыслимой прогрессии, росли расходы. Может быть, жена преувеличивала. Но Сергей не стал заморачиваться над проверками и отдавал ей столько, сколько мог, используя любую возможность подработки. За соседним столиком сидела моложавая женщина с мальчишкой лет пяти. Пацан уплетал мороженое, попутно рассказывая свежайшие детсадовские новости. Что-то неуловимо знакомое было в его перепачканной мордашке, в его манере разглядывать ложечку, перед тем, как отправить её в рот. Даже смех показался знакомым. Нет, детей такого возраста у него быть не могло. После развода Сергей взял в отношениях со слабыми полом тайм аут и с головой ушёл в работу. Но всё же, этот мальчишка очень сильно кого-то напоминал! Малыш доел мороженое, старательно утёрся салфеткой и заявил: "Уходим!" Женщина поднялась, повернулась, чтобы взять сына за руку, и оказалась лицом к лицу с Сергеем. - Танюшка! - перед Сергеем стояла его школьная любовь. - Вот так встреча! А я тебя искал. Ты куда-то пропала после школы. Говорили, уехала. - Да, мы переехали. - У тебя сын? - Да. - И муж? - Нет. ...и не было. -А..? - Теперь, оказывается, совсем не обязательно присутствие мужчины, - улыбнулась Татьяна. - Танюш, мне надо бежать. Мне бы очень хотелось с тобой.. с вами увидеться позже. - Мы будем в детском парке часа два. Подходи. Сергей бежал на собеседование и не мог избавиться от наваждения. Танюшкин ребёнок - почти что копия его сына в том возрасте. И что это за загадочное непорочное зачатие? В памяти всплыли события шестилетней давности. Семья на грани развала, на работе сокращения, безденежье. Тогда друг уговорил подрабатывать сдачей биоматериала в клинике репродукции. - Ещё на порш себе насобираешь. Порш, конечно же, не сложился, но какие-то бюджетные прорехи были залатаны. Давно уже и забылось это всё. Но...неужели? А Татьяна Петровна, прогуливаясь по дорожке парка, вспоминала, как шесть лет назад описывала врачу желательные приметы будущего малыша. Невольно проговаривая черты школьного воздыхателя. У судьбы на каждого припасён свой сценарий. И придуманная занудами теория вероятности ей совсем не указ! ©М. Егорова #АвторскиеРассказы