Андрей Асковд

Ну вот и вышла моя новая книга «Дар предков» из нового цикла «Наследие». Ироничное фэнтези о противостоянии прагматичных и циничных городских злодеев с простоватой деревенской нечистью. Тимофею, последнему в роде Хранителей, предстоит непростая задача. Родители пропали в Изнанке, а дед отправился спасать их. Тимофею предстоит принять дар предков, но что он принесёт, обретя его? Спасение для деревенской нечисти или, наоборот, проклятие? Домовой, любитель подбухнуть и превращающий воду в алкоголь, молодая ведьма становятся союзниками и помощниками в этой схватке со злом, но что, если бороться предстоит с тем, на кого они надеялись? И где найти помощников в большом городе? Домовые и Лешие большого города адаптировались в нём и не очень-то хотят вступать в противостояние со злом. Какую тайну хранит «Зоопарк» в Изнанке и какая на самом деле истинная цель главного злодея? «Гигантский маятник, раскачивающийся на глазах, — так можно описать ритм этой книги. Ироничное деревенское фэнтези незаме

Как не вспомнить ко дню космонавтики... Глава 11. Про ракету (Как мы с Вовкой. История другого лета) После двух дней дождей утро выдалось солнечным, и предстоящий день обещал быть замечательным. Бабка так и сказала, выйдя на крыльцо: – Господи, не дай им испортить такой замечательный день, – и посмотрела на нас с Вовкой. День и правда начался замечательно, пока дед не привёз пару пустых деревянных бочек. Я сразу решил, что такому добру нельзя пропадать без дела. – Дед, а для чего тебе бочки? – поинтересовался я. Дед заранее с подозрением посмотрел на нас и сказал, что бочки – для дела, и если мы испортим хотя бы одну, то в другую он нас закатает и, как в сказке, отправит по морю. Я предположил, что море далеко, но дед сказал, что раз я такой умный, то сначала пойду до моря пешком, и ушёл, оставив нас бороться с искушением наедине с бочками. Мы с Вовкой сидели на крыльце. Я смотрел на эти бочки, и моё воображение рисовало разные варианты. Каждый был хуже предыдущего. Надо было придум

Сашка уже не первый день присматривался к этому дереву. Этим летом каждый раз, когда он приезжал на выходные с родителями на фамильную дачу, которая переходила из поколения в поколение, он вынашивал план построения домика на дереве. Раскидистый дуб, что рос тут с незапамятных времён, располагал к таким планам. По рассказам деда, он был посажен ещё его дедом, когда тут была ещё не дача, а дом для большой семьи. С огородами и полями, что спускались от заднего двора и до самого горизонта. Вокруг могучего ствола дуба, среди веток и высоко в кроне можно было разместить, как минимум, жильцов одной малоэтажной панельки. Но Сашка был бы рад, если бы тут разместился хоть один маленький домик. Для него. — Ещё твоих внуков переживёт, — дед Матвей застал Сашку за созерцанием и размышлениями о новой жилплощади. — Видишь вон там, — показал дед куда-то ввысь пальцем. — Это мой скворечник. А вон твоего отца. Моего деда давно сгнил, наверное. Да и отцовский уже не найти. Если только залезть высоко и п

Вот и настал тот момент, когда можно с определённой уверенностью сказать: мысли материальны. От «о чём бы написать» до «вот уже выходит». Проделан большой путь, и отдельная благодарность моей команде поддержки, которая читала и высказывала своё мнение ещё до редактора. О чём же новый роман? Тимофей, обычный городской житель со своими проблемами и заботами. Неожиданно свалившееся на голову наследство оказалось немного не тем, на что он рассчитывал. Да и не наследство, как оказалось, а некое Наследие. И нотариусы тут не помогут. В какую такую Изнанку ушёл дед из деревни и что с родителями? Домовой — любитель выпить и рыжая ведьмочка, которую он вроде как должен знать, но ничего не помнит из своего детства, верные союзники или уже противники? Взять ответственность за спасение своего рода или взлететь по карьерной лестнице в один миг и больше не знать проблем? Есть ли мозги у Безликих и кто такой Угловатый? Могут ли поглотить нас Тени и как вообще жить дальше, если Тимофей сделает свой выб

Сидя в кровати, Вика облегчённо выдохнула. За окном была ещё глубокая ночь. Она поняла, что это уже не сон. Он её отпустил. Вот уже которую ночь она просыпается в ужасе. Ей снится… Даже не снится. Как наяву она ощущает, что что-то или кто-то не даёт ей проснуться. Как будто находишься на пороге между сном и бодрствованием. По ту сторону сна какой-то кошмар, который затягивает Вику в себя, а по эту сторону — спасение. На границе сна и бодрствования она борется с этим чем-то, но понимает, что отчаянно проигрывает. Тело не слушается. Ещё немного, и неведомая сила затянет её в ночной кошмар. Вика боится его увидеть. Как будто ей откроется некая правда. В какой-то момент она преодолевает паралич и буквально вырывается из сна, осознавая, что и в этот раз победила. Вика встала с кровати и пошла на кухню налить воды. Сердце бешено стучало, как будто только что она бежала марафон. Утолив жажду, осторожно заглянула в комнату дочери. Та в отличие от мамы спала совершенно спокойно. На умиротворён